Он вынул из глубоких карманов плоскогубцы, и работа закипела.
— Вы дверь заперли? — спросил Остап.
Отталкивая нетерпеливого Воробьянинова, Остап аккуратно вскрыл стул, стараясь не повредить английского ситца в цветочках.
— Такого ситца теперь нет, надо его сохранить. Товарный голод, ничего не поделаешь.
Все это довело Ипполита Матвеевича до крайнего раздражения.
— Готово, — сказал Остап тихо.
Он приподнял покровы и обеими руками стал шарить между пружинами. На лбу у него обозначилась венозная ижица.
— Ну? — повторял Ипполит Матвеевич на разные лады. — Ну? Ну?
— Ну и ну, — отвечал Остап раздраженно, — один шанс против одиннадцати. И этот шанс…
Он хорошенько порылся в стуле и закончил: