Мы, живущие у обыкновенного, не тропического, моря, можем только воображать себе красоту и лёгкость этих рыбьих полётов на закате.
Выслушав всё это, Дима с обидой сказал про наших черноморских рыб:
— Наверно, тоже могли бы летать, но не знают, как за это взяться. А может быть, ленятся.
Подумав, Дима добавил:
— А всё-таки, дядя, наше море — отличное море. Правда ведь?
— Правда, мальчик, правда, — ответил папа. — Человеку всегда дороги места, где он родился…
У папы был очень неразборчивый почерк. Папины буквы будто бодались острыми рожками, пытаясь столкнуть друг друга с линейки. Бывало так, что папа сам не мог разобрать, что же это такое он написал. Тогда он шёл к маме и виноватым голосом спрашивал:
— Что это за слово, Лизонька, как ты думаешь? Похоже на «воротник», но по смыслу не подходит.
Мама взглянет и скажет: «Нет, мой друг, это у тебя написано «возвращение», а не «воротник».
— Ты права, как всегда! — радуется папа. — Действительно, «возвращение». Как это я сразу не догадался!