Но мне он нравился и с буквой «эс» на конце.
— Бис, бис! — кричали все вокруг.
На эстраду полетели цветы и длинная белая перчатка, в которой, как мы потом узнали, была записка с приглашением на обед.
Бросила эту перчатку госпожа Пташникова, Юленькина мама. Но дядя Оскар на другой день обедал у нас, а не у них.
Посредине концерта мне вдруг показалось, что мраморные колонны как-то заплетаются в воздухе, а люстра вся опуталась длинными лучистыми нитями.
— Она сейчас заснёт, — сказал надо мной чей-то голос.
— Вовсе нет! — обиделась я.
И тут же заснула так крепко, что даже не помню, как меня привезли и уложили в постель.