Тем временем американский штаб в Лондоне заинтересовался новым оружием — единственным новым секретным оружием вторжения. Это был танк-амфибия «ДД», который представляет собой обычный танк с толкающим гребным винтом, держащийся на воде при помощи больших брезентовых кринолинов. Проект его британского происхождения. Изобрел его один английский офицер, который не смог продать свое изобретение военному министерству и явился с ним к Джеки Деверсу. Деверс передал чертеж начальнику оперативного отдела штаба, который распорядился испытать этот новый вид оружия. Танк «ДД» должен был шлепнуться из разгрузочного люка судна прямо в воду и дальше идти своим ходом.
Во время испытания шкипер десантной баржи перепутал данные ему инструкции, но «ДД» все же поплыл. Секретное оружие, выдвинувшее танк в первую волну вторжения, было выковано. До сих пор обороняющийся противник мог не бояться танков, пока пехотные десантные части не форсируют береговые укрепления, дав, таким образом, возможность танковым частям пройти линию прибоя.
История рождения этого нового вида оружия весьма показательна для характеристики тех трудностей, с которыми приходилось сталкиваться штабу американских войск. Переоборудование обычных танков в амфибии «ДД» несложно, и когда испытания дали положительные результаты, британское военное министерство изъявило согласие переоборудовать известное число танков — как для себя, так и для американцев. Задача была не настолько сложна, чтобы обращаться за ее разрешением в Америку и нарушать производственные планы американских заводов. Это была секретная операция небольшого масштаба, и для нее требовалось лишь отдать соответствующие распоряжения и наладить серийное производство. Однако за то время, которое протекло с момента решения произвести переоборудование танков, и до срока, когда должны были появиться первые амфибии (американцы уже начинали вежливо спрашивать, скоро ли следует ждать их доставки), британское военное министерство ухитрилось каким-то непостижимым образом вообще забыть о своем заказе. Это обнаружилось буквально в самую последнюю минуту. Подобная волокита — явление нормальное в любой армии, но производство танков «ДД» совершенно секретного оружия, которому предстояло в серьезной степени повлиять на состав штурмовых десантных частей, — не следовало предоставлять на милость рутинеров-волокитчиков.
У «Джонни-новичков» не было друзей ни до, ни во время, ни после конференции в Квебеке. На средиземноморском театре военных действий союзные войска высадились в Сицилии в начале июля, но Квебекская конференция еще раз подтвердила, что эта операция носит отвлекающий характер и ее основная цель — произвести нажим на Италию и вывести ее из числа воюющих держав. Союзники ни в коем случае не хотели подниматься вверх по итальянскому сапогу. Сейчас, в первую неделю сентября, вторжение в Сицилию оправдало возлагавшиеся на него надежды. Итальянское правительство капитулировало, и официально Италия вышла из войны. Но эта победа отнюдь не высвободила американские войска и плавучие средства, — наоборот, как оказалось, потребность в том и в другом стала там еще острее. На средиземноморском театре военных действий решено было преследовать противника и посуху и по морю. Приходилось вести борьбу даже за те части, которые нам были обещаны с этого фронта.
И все же в Англии, несмотря ни на что, продолжали вести подготовка к вторжению. В одной области, по крайней мере, мы добились кое-каких успехов, а именно в области доставки снабжения. Возможно, что друзья у нас все-таки были, ибо если в высших сферах Вашингтона к нам проявляли равнодушие, то в сферах не столь высоких, а именно, в рабочем аппарате военного министерства США, творили чудеса. Все, что мы просили, нам присылалось, по мере того как наши заказы обеспечивались тоннажем морских караванов.
Вот что стало теперь камнем преткновения — транспортные корабли. И опять-таки повинен в этом был Средиземноморский фронт. Он не только скупился отдавать то, что нам причиталось, но, как выяснилось на совещании с представителями морского командования, которые заняли на Гровенор-сквере соседнюю с нами комнату, растущие с каждым днем требования Средиземноморского фронта лишали нас даже судов, доставляющих наши грузы в Англию. Первенство на европейском театре военных действий было признано за нами только на бумаге, и все связанные с ним преимущества сулились нам лишь для будущих операций. В районе Средиземного моря военные действия уже велись, а пока они ведутся, туда надо подвозить снабжение. А война там все затягивалась и затягивалась.
Главнокомандующим английскими вооруженными силами в Сицилии был генерал Бернард Монтгомери. Теперь его тень начинала падать на Британские острова. В один прекрасный день он и его штаб армейской группы должны были стать во главе — хотя бы только английских войск. В противовес этому мы, в штабе Деверса, принялись, не обольщая себя особыми надеждами, за создание американского штаба армейской группы, которому предстояло командовать, по меньшей мере двумя армиями, хотя, согласно плану «Оверлорд», этот штаб должен был принять на себя командование лишь после вторжения в Европу, а может быть даже после того как война фактически будет выиграна. Нам поручили создать такой штаб, и мы его создали на всякий случай. Деверс, очевидно, не терял надежды на то, что он готовит этот штаб для себя.
После занятия Сицилии нами была получена секретная каблограмма, в которой сообщалось, что американской армией вторжения будет командовать Омар Брэдли. В конце сентября он сам приехал в Англию и впервые узнал о плане вторжения в Европу. Ознакомившись с ним, Брэдли улетел в Вашингтон, чтобы обсудить с Маршаллом степень своей ответственности.
В состав армии, которую ему предстояло возглавить, должны были влиться главным образом дивизии, сражавшиеся под его командованием в Средиземноморье. Это были те самые дивизии, о которых состоялось решение в Квебеке и которые теперь, наконец, начинали высвобождаться. Совещаясь о дальнейших действиях, и Брэдли и Деверс знали лишь то, что Брэдли объединит под своим командованием одну армию.
Пока все эти события разворачивались, самая сложная задача усложнилась еще больше, продолжая по-прежнему оставаться задачей неразрешенной. Речь идет о плавучих средствах для переброски десантных войск через Ла-Манш. В Квебеке было установлено, что для выполнения плана «Оверлорд» имеющихся десантных судов недостаточно, и все, начиная с президента и премьер-министра, согласились на немедленном увеличении общего тоннажа на 25 %[7] {7}. Но вслед за летом наступила осень, а цифры, вместо того чтобы повышаться, все падали и падали.