Два соображения высказывались против употребления кислорода. Первое, что еще не изобретены действительно удобные аппараты. Второе,- и более важное ― кислородные цилиндры и аппараты должны занять носильщиков, которые иначе были бы использованы для переноса палаток и остального снаряжения, а количество носильщиков на высотах всегда ограничено. И если один метод требует носильщиков меньше, чем другой, предпочесть следует первый.
Восторженные ученые, желая во что бы то ни стало продемонстрировать способ употребления кислорода, могут отправиться на Эверест с неуклюжими аппаратами, вскарабкаться по его склонам и даже, может быть, сидеть на самой вершине, вдыхая кислород.
Но если человек хочет знать объем и силу своих способностей, он должен рассчитывать только на свои собственные силы. Он может взять цилиндр с кислородом для медицинских целей, как он взял бы бутылку водки, но он не должен зависеть от него. Весь наш опыт показывает, что человек имеет полное основание доверять самому себе.
Сомервелль говорит, что к концу экспедиции он чувствовал себя «вполне хорошо на 8230 метров». Носильщики несли груз до 7620 и даже 7770 метров; можно было надеяться, что они донесут маленькую палатку и до 8230 метров. Если это будет выполнено, тогда два альпиниста, чувствующие себя «вполне хорошо», смогут сделать оставшиеся 610 метров без кислорода. И если это удастся, то это будет подвиг гораздо более значительный; он даст большое удовлетворение и радость. Он покажет, что сами по себе условия больших высот не могут помешать человеку взобраться на гору какой угодно высоты.
Сторонники кислорода могут заявлять, что, если бы экспедиция сосредоточила свое внимание на кислороде и только на нем одном, Эверест был бы уже побежден. Возможно, что это так. Но если бы они действительно были правы, мы не сделали бы самого ценного открытия, что люди приспособляются к условиям высочайших высот. Мы недооценили бы того факта, что человек, упражняя свои способности, увеличивает их. И мы впали бы в еще большую зависимость от внешних возбудителей вместо того, чтобы опираться на свою собственную природную энергию при восхождении на высокие горы. Мы никогда, может быть, не узнали бы, какие возможности заключаются в нас самих. Известная отрасль науки получила бы некоторые Достижения, но человек потерял бы возможность узнать самого себя.
Это был урок, который мы не имели до экспедиции 1922 г. и который нам окончательно дала третья экспедиции.
Мы все еще колебались между верой в себя самих и верой в кислород; мы слишком полагались на то, что для нас может сделать физика и химия, и очень мало рассчитывали на свои силы. Поэтому следующая экспедиция также была снабжена кислородом.
Но, как мы увидим, это была ужасная ошибка. Она усложнила план атаки Эвереста, который всегда должен быть наиболее простым. Она изменила назначение носильщиков, которых важнее было использовать для подъема палаток и пищевых запасов, чем цилиндров с кислородом.
Впрочем, ошибки прошлого видеть легко, но тогда казалось прямо смешным не иметь с собой кислорода, по крайней мере про запас. И даже теперь все еще есть поклонники кислорода, рекомендующие его применение.