Но что может почувствовать человек, что он может подумать, когда все его окружающее уходит вниз вместе с ним! Без ожидания, без предупреждения!
Стало очень тихо, так как мотор трактора умолк. Движение вперед почему-то превратилось в движение вниз.
Толчок. Еще толчок. Грохот. Треск. Скрежет. Тяжелый удар в стену. Треск. Опять удар. Крен. Секунда тишины и неподвижности.
Новый треск. Грохот отовсюду. И приходят сразу и вместе тишина, неподвижность, темнота и покой…
…Ночью ветер упал, и небо очистилось. Под бледно-голубым небом поднялся правильными столбами дым из труб заводов и домов. Сверкание острых чистых сугробов слепило глаза.
Термометр в тени показывал восемнадцать градусов ниже нуля, но к полудню началась весенняя капель с южных скатов крыш и появились на свет славные ледяные сосульки, первенцы весны. Сломалась, падала зима!
Так бывает на Южном Урале в половине марта. Тонкий ценитель русской природы Пришвин дал особое имя этому прекрасному времени года - весна света.
Радостно человеку в такой день. Да одному ли ему? По мертвым голым веткам деревьев парочками прыгают синицы, и новые нотки звучали в их голосах. Вороны стаями сбиваются на окраинах поселков и проделывают в воздухе свои собственные фигуры весеннего высшего пилотажа.
Чудесное время! Однако же надо сказать, что на подступах к Уральскому хребту весна света резче и ярче, чем в более мягком климате коренного русского Примосковья, потому что отсюда через низкие горы рукой подать до широчайших просторов великой Азии.
…На засыпанной снегом строительной площадке жизнь началась с восходом солнца. Главный инженер строительства уже сидел за столом в своей конторе и соображал, с чего начинать после бурана, когда длинный бревенчатый барак дрогнул. Качнулся графин на столе, зазвенел, расплескивая воду, стакан на блюдце.