Задохнувшись, Андрей выпустил из рук кирку, стал на колени и в упор светил фонарем. На дне ямы была плотная смесь желтого и серого. Молодой геолог захватил горсть тяжелой сыпучей массы.
Между пальцами текли сухие струйки.
Андрей с усилием выпрямился и разжал руку. Все видели, как с его ладони тек крупный золотой порошок, оставляя в середине ладони все уменьшающуюся кучку. Андрей зажал в кулаке черный камень с резкими острыми гранями. Он протянул его снизу Цареву.
- Возьми… Часы…
Острая грань черного камня - алмаза - со скрипом прочертила белую полосу на толстом часовом стекле.
Андрей хрипло дышал. Новгородцев, бледный до зелени, хватал воздух ртом, как рыба, выброшенная на берег. Голова Елены закружилась, и девушка схватила брата за плечо, чтобы не упасть.
Карнаухов стоял в яме по пояс.
- Мало воздуха… - сказал он с усилием. Его голос звучал слабо, глухо. - Руку!.. - сказал он. Он делал попытку выбраться из ямы, но ее края осыпались под его ногами.
- Руку! - повторил Андрей.
Очень высоко, почти невидимый, над маленькой кучкой людей грозно нависал свод колоссальной пещеры. Слабо, бессильно светили электрические дорожные фонари. Кругом смыкалась тьма сотен тысячелетий.