- А это? Это! Смотрите! Нет? Да! Это действительность! Можно видеть, можно осязать!
Корка хранила отпечатки. Глубокие, продолговатые, они шли пятью правильными цепочками, сближались, расходились, опять сближались. Только шаги человека могли оставить такие следы, Да. Да. Корка была продавлена ногами людей!
В висках громко стучала кровь. Начинало казаться, что жесткий пол пещеры поднимается и опускается под ногами, как зыбкое торфяное болото.
- Я задыхаюсь… бормотал Новгородцев. - Вернемся! Я погибну с вами… они сошли с ума… назад…
Никто не отвечал Новгородцеву, и он брел за другими. Но почему ноги подземных путешественников не оставляли следов? Те следы, по которым они шли, были глубокими, четкими, бесспорными… И это было необходимо. Подземные путешественники шли по следам. Люди шатались, опьяненные тяжким воздухом пещеры.
- Я не могу отказаться… мы не должны отказаться… - твердил Андрей. Он не мог бы сказать, произносил ли он эти слова или только думал. Его цепко схватил за плечо Михаил:
- Стой! - сказал он. - Стой! Что дальше?
Другой рукой Царев притянул к себе сестру. Три головы сблизились. Новгородцев догнал остановившихся товарищей.
Михаил делал громадные усилия, чтобы преодолеть странное опьянение, мучительную головную боль и грохот в ушах. Он говорил:
- Мы вдыхаем что-то ядовитое… Древняя разложившаяся нефть? Не знаю… Что дальше? - спросил он. - Мы можем отравиться… Все должны понять… - никто не отвечал. Михаил продолжал: - Мы рискуем. Сознательное решение каждого и всех!