Тогда Вершинин сказал Ваське:
— Китаец уваженье Расее хочет показать. Понял, Василий? Не мешай ему. Он великую свою душу хочет показать!
И, помолчав немного, подумав, строго приказал:
— Иди сюда, Васька.
— Не могу! Не пойду я отсюда, Никита Егорыч!
— Иди сюда, Василий! — еще строже проговорил Вершинин. — Я тебе другое, тоже сильное дело найду. Твоя жизнь потребуется. Иди.
— Да что же это, братцы? — стоная, оглядываясь в негодовании вокруг, сползал нехотя с насыпи Васька.
Син Бин-у был один.
Голова его пощупала шпалы. Оторвалась от них и, качаясь, поднялась над рельсами… Оглянулась.
Подняли кусты молчаливые мужицкие головы со ждущими, голодными глазами.