— Ранили меня…
— Эх, олово! — сказал Кубдя и, взяв его подмышки, повел.
Позади на елани опять шли вперед атамановцы.
Мужики, отстреливаясь, медленно повернули вправо и пошли в горы.
А их снова ровной цепью, стреляя и прячась за стволы, догоняли атамановцы.
И ни мужики не знали тех, кто их догоняет, ни атамановцы не знали, кого они хотят убить.
— Ура-а! — время от времени кричали атамановцы.
Ноги у Беспалых ныли, голова тяжелела, и все тело словно было лишнее.
Его вели, подхватив под руки, Кубдя и Горбулин, а позади шел растрепанный и потный Селезнев и после каждого выстрела торопил:
— Иди, иди, не отставай!..