Вышинский: А насчет оборонной промышленности не говорилось?
Радек: Говорилось специально. Диверсионная деятельность троцкистов в военной промышленности должна быть согласована с теми партнерами, с которыми удастся заключить соглашение, т.е. со штабами соответствующих иностранных государств.
Вышинский (к Пятакову): Подсудимый Пятаков, когда вы давали указания Норкину в случае войны произвести поджог Кемеровского химкомбината, вы исходили из какой-нибудь общей установки?
Пятаков: Я исходил из тех установок о “конкретизации”, которые были даны Троцким.
Вышинский: А ваши разговоры с Сокольниковым имели место после возвращения в 1935 году из Берлина, после личного свидания с Троцким?
Пятаков: После.
Вышинский: А в личном свидании с Троцким были сформулированы эти требования?
Пятаков: Безусловно.
Вышинский (к Радеку): Не было ли речи относительно железнодорожного транспорта?
Радек: Вся конкретизация касалась войны, так что для транспорта не могло быть исключения.