Среди друзей и знакомых Бергофа были известные политические деятели и видные коммерсанты. Бергоф играл в гольф в модных клубах, жертвовал крупные суммы на благотворительные цели и принял католицизм. В Байонне, штат Нью-Джерси, где Бергоф жил со своей семьей, он построил здание, на фасаде которого были высечены готическими буквами его инициалы «П. Л. Б.».
В декабре 1934 г. Пэрл Бергоф, который на протяжении 27 лет возил по всей стране армии отъявленных негодяев, терроризировавших целые города и убивавших десятки граждан, наконец, предстал перед судом. Но его обвиняли не какие-либо местные или федеральные органы, а группа бывших арестантов и профессиональных штрейкбрехеров. Они пожаловались на то, что Бергоф нанял их для срыва забастовки и не заплатил за работу. Они предъявили ему иск, требуя оплаты их «труда» и дорожных расходов.
Дело слушалось в муниципальном суде Нью-Йорка под председательством судьи Кейса Винтера.
Адвокат Бергофа старался опорочить показания бывших служащих своего клиента, доказывая, что им нельзя верить.
«Были ли вы когда-нибудь осуждены за преступление?» — спросил он смуглого молодого человека Гарри Борака, щеголявшего в гетрах.
Борак с негодованием повернулся к судье: «Судья, я не грабитель, — запротестовал он. — Я гулял с девушкой, она отказалась выйти за меня замуж, и я ее застрелил. Я был молод и влюблен». Когда показания давал другой истец, Бенни Манн, судья наклонился вперед и, глядя на его оттопыренный карман, спросил: «У вас при себе револьвер?» — «Конечно», — ответил Манн.
«Зачем же вы являетесь в суд с револьвером?» — спросил судья. «Я собирался сегодня утром на работу», — ответил Манн.
Давая свои показания, Бергоф гордо заявил суду: «Я помогал американской промышленности на севере, юге, востоке и западе. Я обслуживаю ее уже тридцать лет. Я посылал на Кубу и в Канаду целые армии. Я срывал забастовки на железных дорогах, в портах, на транспорте, в текстильной промышленности, да и сейчас к моим услугам обращаются еще очень многие».
Выдвинутые против него обвинения, выкрикивал Бергоф, бросая злобные взгляды на своих противников, полностью вымышлены. Его профессиональная этика завоевала ему глубокое уважение в коммерческом мире.
«Я знаком с президентами всех железнодорожных компаний, все они пользовались моими услугами. За всю свою деятельность я не обманул никого ни на грош. Я самый известный штрейкбрехер в стране».