28 мая 1948 г. Кларк опубликовал второй «подрывной» список, в котором в разряд нелояльных были отнесены еще 32 организации. Единственной фашистской организацией, включенной в этот список, была «заграничная организация НСДАП» (германской нацистской партии), которая, разумеется, прекратила свое существование задолго до того, как Кларк составлял этот список.
Что касается способа применения своих списков, то министр юстиции дал на сей предмет следующее разъяснение: «Мы будем действовать по-американски… законным и организованным порядком. Мы не станем применять гитлеровскую тактику гестапо, не станем уничтожать свободу и справедливость, за сохранение которых мы так ожесточенно сражались».
Но действия созданных приказом президента комиссий по проверке лояльности говорили громче слов министра юстиции. Эти действия вскоре создали в США то, что Абрахам Померанц назвал «подобием зловонных германских народных судов».
2. За закрытой дверью
«Порядок разбора дел в комиссии по проверке лояльности, — писал в своей статье «Наша противозаконная программа проверки лояльности» адвокат Л. А. Николорич, — нарушает пятую и шестую поправки к биллю о правах. Государственный служащий держит ответ по поводу предъявленных ему обвинений, не перед беспристрастным судьей, а перед теми же, кто его обвиняет. Ему не сообщают, от кого получены порочащие его сведения. Он не может доказать недостоверность источника этих сведений… Он может оправдаться, лишь доказав свое «лояльное» умонастроение — понятие весьма туманное».
Но «самой отвратительной чертой» программы проверки лояльности, пишет Николорич, «является характер улик, на которых строится обвинение».
В подтверждение этого Николорич, защищавший ряд правительственных служащих на процессах, связанных с проверкой лойяльности, приводит несколько характерных примеров из своей практики.
«Мисс А. раз в неделю собирала деньги в фонд военной помощи России перед одним кинотеатром, кроме того она приглашала сенаторов Болла и Пеппера выступать в ее городе с речами на тему о необходимости союза с Россией. Все это происходило в 1943 г., когда русские несли на своих плечах основное бремя войны в Европе. Мисс А. работала также в Красном Кресте, собирала деньги и свитеры в фонд помощи Англии и Франции и дежурила один вечер в неделю в «Объединенной организации по обслуживанию вооруженных сил». На основании всего этого ее обвинили в «нелояльности».
Г-н Б. женился на девушке, которая за десять лет до этого, учась на втором курсе колледжа, состояла членом комсомольской организации. Комсомольская организация ее колледжа занималась главным образом вопросами удешевления стоимости общежитий и повышения оплаты за работы, выполнявшиеся студентами. Пробыв в комсомоле месяцев 6–8, девушка из него вышла и с тех пор никакой связи с коммунизмом ей не приписывается. Г-н Б. был обвинен в «нелойяльности».
У г-на В. был знакомый по колледжу, которого он не видел 15 лет. Этот знакомый был привлечен к суду по одному из дел «коммунистов». Когда он обратился к своим приятелям, бывшим одноклассникам, с просьбой о поддержке, г-н В. принял участие в сборе денег на расходы по приглашению защитника. За это он был обвинен в «нелойяльности», хотя его знакомый и был оправдан.