Но это было еще впереди. Пока что Рая отдыхала и развлекалась вместе с другими ребятами, решив временно оставить мысли и о геометрии и о машине.
Но забыть о машине было трудно. Не проходило дня, чтобы кто-либо не расспрашивал о ней изобретательницу. На даче теперь было много соучеников Раи, и каждый из них считал своей обязанностью ежедневно осведомляться о машине. Это немало льстило Рае. Все относились к ней с уважением, ребята прислушивались к ее словам и явно гордились такой соученицей.
Рая быстро приобрела авторитетный тон и держалась с ребятами несколько свысока, хотя ничего нового о своей машине рассказать не могла.
Со времени выставки дело не сдвинулось с места. У Раи уже появились сомнения: будет ли осуществлено все то, о чем говорил секретарь областного партийного комитета. Она, конечно, не подавала никому и вида, что это ее тревожит, но настроение у нее начинало портиться. Ни Александр Иванович, ни институт не подавали никаких признаков жизни.
Но вот настал день, положивший конец всем сомнениям.
К даче снова подъехал тот самый большой серый автомобиль, в котором Рая ездила на выставку, и в нем сидел тот самый военный — помощник Александра Ивановича, а рядом с ним на сиденье лежала аккуратно упакованная модель Раиной машины.
На этот раз изобретательница уезжала в совсем ином настроении. Она села рядом с шофером и, помахав рукой на прощанье сестрам, вышедшим на балкон, с видом победительницы откинулась на спинку.
— Я готова, поехали! — сказала она с подчеркнутой скромностью и тут же горделиво оглянулась на юных обитателей поселка Зеленая Речка, сбежавшихся со всех сторон в огромном количестве и глазевших на присланный за ней автомобиль.
Единственное, о чем пожалела в этот момент счастливая Рая, было то, что в толпе зрителей не оказалось ее врагов: ленинградского Вали и тёзки английских королей Эдуарда Кондитера.
— Прекрасная амортизация в рессорах. Вот что значит удачная подвеска! — тоном знатока обратилась Рая к шоферу, когда машина выбралась на шоссе и помчалась по направлению к городу.