А учительница все разбирала сочинения перекладывая тетради из одной кучки в другую. Неразобранных осталось совсем мало. Вот и последняя — произведение Эдуарда. Учительница читает его, и класс дружно хохочет над незадачливым Эдуардом.
Не смеялась только одна Рая. Она думала: почему у учительницы на столе нет ее тетради? Неужели сочинение такое плохое, что учительница не хочет конфузить ее перед классом и будет разговаривать с ней наедине? Рая была так взволнована, что не заметила даже, как Эдуард осторожно высунул нос из-за двери и, увидев, что явился не во-время, тут же исчез, вызвав новый взрыв смеха у всего класса.
После того как затих смех, вызванные неудачной разведкой Эдуарда, учительница сделала небольшую паузу и сказала, будто что-то вспомнив:
— Здесь у меня есть еще одна работа, которую тоже, возможно, придется прочесть вслух. Это работа Раи Горской…
У Раи упало сердце. Она так и знала! Ее ждала та же участь, что и Эдуарда. Рая почувствовала даже некоторое сочувствие к своему врагу, который успел тем временем проскользнуть в класс и тихо сесть на свое место.
А учительница продолжала:
— Это не совсем обыкновенная работа. Я умышленно отложила ее напоследок, чтобы прочесть и обсудить ее с вами. Это меньше всего сочинение по русскому языку…
«Ну, начинается! — похолодела Рая. — Ладно, пусть будет, что будет. Она перетерпит все и даже не станет оправдываться. Пусть!»
— …но совсем не потому, что оно неграмотно или неудачно написано. В этом Раю Горскую я никак не могу упрекнуть. Написано просто, хорошо и искренне, как я и просила. Но это скорее заявка в патентное бюро, чем школьное сочинение. Вот судите сами.
Учительница начала читать работу Раи, однако без иронических подчеркиваний и повторений, как это было с сочинением Эдуарда. Прочитав первые две страницы, она остановилась.