Бетонщики напрягали последние силы. Напряжение росло с каждой минутой.
— Двести сорок семь, двести сорок восемь! — громко считали все.
Оставался один замес до мирового рекорда и две минуты до конца смены.
К мотористке Никифоровой подошел бригадир сменщиков Шевченко:
— Пусти, наша очередь. Ваше время кончилось.
— Нет, рано. Мы свое сделаем, — хрипло ответила Никифорова, и двухсотпятидесятый замес вывалился в вагонетку.
Бетономешалка, наславу поработавшая сегодня, остановилась, и обессилевшая Никифорова уселась прямо около нее на землю.
Мировой рекорд был поставлен.
Взмокшие, но сияющие комсомольцы расселись где кто стоял и смотрели на работу своих сменщиков. Им не хотелось уходить от своего рекорда.
Один только из них бросился прочь, хотя, как и остальные, не чувствовал под собой ног от усталости. Это был веселый Тимоша Литвиненко, приятель Марусина и организатор общества «Даешь 250 замесов!»