Бетонщики ходили гордые и счастливые. Теперь они собирали силы и готовились укладывать по четыреста-пятьсот замесов в смену — предела их желаниям не было. Они знали, что каждый их успех пригодится не только Тракторострою, но поможет выстроить вдвое и втрое скорее тысячи заводов и сотни городов во всей Советской стране.
И действительно, вести об удивительной работе харьковских бетонщиков взволновали строителей во всех уголках Советского Союза. На Урале, в Донбассе, в Сибири и на Дальнем Востоке бетонщики слушали радио, читали газеты и изумлялись настойчивости Марусина и комсомольцев. Потом решали, что и они сами такие же советские строители, ничем не хуже харьковских, и начинали с ними соревноваться. Так на лесах сотен советских строек начиналось то же, что и на Тракторострое.
И вот в Кузнецке, а затем на постройке завода «Шарикоподшипник» в Москве тамошние бетонщики уже опередили харьковских.
Но харьковчане не унывали. Бригада одного из лучших воспитанников комсомольского батальона — Гужвы — вскоре уложила четыреста два замеса в смену, снова пристыдив «знатоков» бетонного дела, доказывавших теперь, что уж больше трехсот шестидесяти замесов за восемь часов бетономешалка дать никак не может.
— Держу пари, что можно сделать еще вдвое больше! Дайте мне бригаду, и я завтра уложу четыреста пятьдесят, а еще через несколько дней — пятьсот! — говорил Марусин, который продолжал оставаться десятником и с самой зимы бетона не укладывал.
Скоро настал праздник и для Марусина. Выбрав подходящее время, он пошел к производителю работ по своему участку и сказал ему:
— Москва, Кузнецк и другие города давно опередили меня… Дайте мне бригаду, и я уложу четыреста пятьдесят, а потом и пятьсот замесов!
Производитель работ понял Марусина и дал ему комсомольскую бригаду Коробкина, который в это время болел.
Около бетономешалки были устроены дощатые настилы, на которых лежали кучи материалов. Оттуда брать материалы было гораздо удобней и скорее, чем с земли. Лопата, которая не шла в твердый щебень, легко забирала его с гладких досок. По примеру других бригад, бетонщики обили планками вал, поднимавший ковш, и ковш стал двигаться много скорее. Путь каждого из бетонщиков был точно определен, все, что могло его задержать, было предусмотрено заранее.
В ночь на 30 мая Марусин привел двадцать восемь своих бетонщиков на леса будущей электрической станции.