— Рад познакомиться. Значит, подрывники ада не боятся? — Он с удовольствием поглядел на энергичное лицо бригадира.
— Чего же бояться, когда меня самого зовут Рыжим Чортом? — засмеялся Щупак. — Я огнеупорный! Когда вернусь в Донбасс, прямо в горящую домну полезу. После этой шахты мне все нипочем…
На остановке в последнем защитном зале Щупак распростился со своими спутниками и отправился в склад взрывчатки.
Дружинин, Медведев и Ключников пересели в другой лифт, меньшего размера, и поехали дальше вниз.
Шахту проходили уступами по новому, усовершенствованному способу. Всю основную работу выполняли машины, с помощью которых шахтеры бурили камень и выбирали раздробленную взрывами породу. В пробуренные машинами отверстия закладывали по точному расчету от двух до пятнадцати тонн замороженного тола, аммонала или другого взрывчатого вещества.
Забой их встретил оглушительным грохотом и ярким светом прожекторов.
Он представлял собой дно четырехкилометрового колодца.
Это был залитый ослепительным светом овальный манеж со стенами, уходящими в недоступную вышину. Когда гасили свет перед взрывом, входное отверстие шахты казалось отсюда маленьким светлым пятнышком — более бледным, чем ущербная луна на дневном небе.
Сейчас забоев было два. Сбоку от основного, где буры машин, напоминавших пауков на высоких тонких ногах, устремлялись вниз, отходил в сторону малого ствола еще один — горизонтальный. Там шла проходка очередного защитного зала.
В основном забое у стенки начинался очередной уступ. Там уже был сделан колодец метров в двадцать глубиной и метров в десять шириной. В колодце работали две горизонтальные бурильные машины, которые передвигались на гусеницах. Низкие, тяжелые, с закованным в броню корпусом, они были похожи на танки, с той разницей, что из люков высовывались не пушки и пулеметы, а длинные, быстро вращающиеся буры разных размеров. Такие же машины работали и на проходке защитного зала.