У входа начали медленно выдвигаться из стен тяжелые стальные створки. Массивные и толстые, как броня, они медленно ползли навстречу друг другу, отделяя защитный зал от ствола шахты.
Широкий прямоугольник входа, постепенно суживаясь, превратился в щель, которая затем плотно сомкнулась.
Прошло несколько секунд, затем лампочки на доске управления мигнули, и пол под ногами людей слегка дрогнул. Снаружи донесся глухой гул далекого взрыва. Защитный зал был так хорошо изолирован от шахты и защищен такой броней, что если закладывалось меньше двух тонн взрывчатки, здесь вообще ничего не было слышно.
Вера снова взялась за рукоятки управления. Послышался гул моторов: заработали мощные вентиляторы, отсасывающие из забоя газы и пыль, поднявшуюся при взрыве.
Прошло десять минут.
Маруся напряженно смотрела на стрелки автоматических приборов. Стрелки дрогнули, пришли в движение и остановились.
— В забое пятьдесят три по Цельсию, в главном стволе — тридцать восемь градусов. Состав воздуха и там и здесь без особых изменений, только несколько повышено содержание гелия и водорода, — доложила Маруся.
— Давление? — спросила Вера.
— Ниже обычного на пять миллиметров. Вентиляторы создают дополнительное разрежение.
Раздался тот же пронзительный звонок, и створки, закрывавшие вход, начали раздвигаться.