Если бы строители не уходили на время взрывов под защиту толстой брони защитного зала, из них не уцелел бы ни один.
Единственным средством предупреждения выбросов газа было глубокое бурение: газ, вырываясь через тонкие буровые скважины, особо больших неприятностей принести не мог.
Но иногда струя газа оказывалась такой сильной, что отбрасывала бурильную машину назад и выгоняла всех из забоя, пока не удавалось подвести к ней трубу вытяжной вентиляции. Рев газовых струй, вырывавшихся из скважин, был таким сильным, что заглушал адский грохот шахты и бывал слышен даже на поверхности.
Эти явления повторялись каждый день. Земля все сильнее сопротивлялась людям. Препятствия нарастали, как лавина. Строители не успевали справиться с одним, как появлялись новые.
Это была тяжелая, полная напряжения битва человека с землей. Каждый метр приходилось брать с боя.
На каждом шагу строителей ждали новые опасности: никто не мог предвидеть, какие ловушки подстерегали проходчиков на следующем метре. Кажется, нигде и никогда еще не требовалось от человека так много силы, настойчивости и веры в себя, как здесь — в этой самой глубокой шахте на земле.
Дружинин, Медведев и ближайшие помощники начальника строительства проводили в шахте целые дни и часто оставались на ночь в защитном зале.
Чем тяжелее становилось строителям, тем упорнее они делались. Они иногда останавливались, на время отступали перед бурными выбросами горячего газа или непонятной изменой машин. Но приостанавливались они только для того, чтобы перестроиться, собрать силы, придумать что-то новое и опять итти вперед с новой силой.
В этом неистребимом стремлении вперед проявлялись великолепная смелость и величие духа, скрытые в каждом, даже самом маленьком человеке. Усталые, мокрые от пота, истомленные жарой, повышенным давлением и глубинной болезнью, шахтеры, машинисты и строители были непобедимы.
Партия воспитала в этих людях вкус к небывалой борьбе со стихией и стойкость, нужную для такой борьбы.