Над центральной частью острова висело густое синее облако. Из середины его вырывался вверх клубящийся черно-синий столб. Он поднимался до горных вершин и там исчезал, развеянный свежим ветром. Столб был похож на гриб. Видимо, поток горячего пара из шахты все усиливался.
Зимовщики помчались на лыжах по склону горы.
Дорожка была накатанная. Еще сегодня здесь пробегал Темген, отправившийся на рассвете в разведку вместе с Камусом. Впереди ехал Ключников, за ним румяная, веселая Вера, затем Дружинин с небольшим рюкзаком за плечами.
Ключников мчался, пригнувшись и балансируя палками. Дружинин смотрел на него и думал о том, как изменила Ключникова жизнь и работа на острове. Московские друзья не узнали бы в этом стройном и мускулистом человеке прежнего увальня.
Его лицо покрывал свежий загар. От прежнего Ключникова остались только большие роговые очки, да и те он заменил сейчас другими, темными: снег отражал солнечный свет настолько ярко, что это угрожало зрению.
Вера Петрова решила вырваться вперед, она свернула с накатанной дороги и помчалась вниз по крутому склону наперерез Ключникову. Круто затормозив на площадке, она остановилась, поджидая своих спутников.
— Ну что за безумие! Вы так когда-нибудь голову сломите, — сказал Ключников, поравнявшись с нею.
Вера с удовольствием посмотрела на него.
— А вы тоже научились неплохо бегать на лыжах, Ключников. Потрясающие успехи, — засмеялась она. — Еще две-три зимовки, и вы станете настоящим человеком, Вадим.
— А вы превратитесь в солидного, дисциплинированного инженера, Вера. Когда вернемся в шахту, я возьму вас в руки.