— Не сомневаюсь ни минуты. Иди поздоровайся с Мариной. Она тебя ждет. И начнем готовиться к заседанию Ученого совета.
Ученый совет собрался в тот же день.
Дружинин выступил с большим докладом и подробно рассказал обо всем, что произошло на острове. Он анализировал показания сейсмографов, отмечавших подземные толчки, и доказывал, что землетрясение произошло потому, что выбросы газов в шахте нарушили равновесие земной коры и под морским дном, на юго-востоке от острова произошел грандиозный обвал.
Теперь пещеристое основание острова снова пришло в равновесие, и, поскольку осталось пройти лишь триста метров вглубь, чтобы закончить петлю подземного котла на шести километрах глубины, нет оснований ожидать новых землетрясений.
Ученый совет горячо приветствовал Дружинина, но соглашаться с ним не торопился. Мнения ученых опять резко разделились. Одни по-прежнему утверждали, что остров либо взорвется, либо будет разрушен новым землетрясением: соседство морской воды и обнаженных горячих недр слишком близко.
Сторонники этой точки зрения доказывали, что посылать людей на остров — преступление, ни о каком возобновлении работ не может быть и речи.
Другие члены Ученого совета категорически утверждали, что опасность уже миновала, и считали преступлением отказываться от окончания титанического предприятия, имеющего огромное государственное значение.
Тогда выступил Медведев. Он сказал, что Остров Черного Камня должен включиться в большое восточное электрокольцо и послужить новой энергетической базой для всей восточной части Арктики. Прекращение работ могло задержать дальнейшее промышленное развитие Чукотки, острова Врангеля и других северо-восточных районов.
В свою очередь академик Шелонский заявил, что прекращение строительства отрицательно скажется на производстве материалов для получения атомной энергии. Разработка новых радиоактивных руд на северо-востоке не получит полного развития без огромной электрической станции Острова Черного Камня.
Дружинин горячо спорил с оппонентами, поддерживал доводы сторонников строительства и с волнением ждал выступления своего главного противника — заместителя председателя Ученого совета академика Хургина.