Дружинин взял несколько камней и положил на стол.
— Это еще дороже, чем алмазы, — сказал он уверенно. — Это радиоактивная руда, добытая нами на глубине пяти километров. Насколько мы смогли определить, она состоит из нового, еще не известного науке элемента, самого тяжелого из всех найденных до сих пор в природе. Мы назвали его россием. На острове целый пласт этой руды. Мы наталкивались на этот пласт десяток раз.
Взоры присутствующих обратились от алмазов к бурокрасным камням.
Алферов прикрыл один из них ладонями и склонился над камнем, чтобы посмотреть, как он светится.
— Не шутите с этим! Можете получить ожоги: излучение очень сильное, — предупредил Медведев.
— Знаю, — сказал Алферов и, положив камень в коробку, вытер руки платком.
— Что же, очень хорошо для начала, — сказал член правительства. — Но что, если снова повторится землетрясение? Как вы убережете людей? Вы знаете нашу точку зрения. Люди нам дороже алмазов и радиоактивных руд.
— Землетрясения происходят с известной периодичностью, — быстро ответил Дружинин. — Есть уже некоторые способы предвидеть их. Например, с помощью инфразвука. Хорошая сейсмическая станция может заблаговременно предупредить нас, что равновесие земной коры опять начинает нарушаться. Нужно всегда иметь два дежурных парохода на рейде. Только и всего. В случае опасности мы успеем посадить на них людей и вывезти в открытое море.
Член правительства внимательно посмотрел на Дружинина и перевел взгляд на Хургина.
— Послушаем, что скажет академик Хургин. Насколько я знаю, он принимал близкое участие во всем этом деле.