Дружинин насторожился, готовый отражать очередные возражения академика.
Что он готовит на этот раз? Дружинин напряженно наблюдал за Хургиным. Но на этот раз вид у академика был необычный, Дружинин сказал бы — какой-то сконфуженный.
— Здесь деловое совещание. Может быть, то, что я скажу, покажется неуместным, — тихо начал он, опустив голову и глядя на красное сукно стола. — Но все равно… Я должен повиниться в самой большой ошибке в моей жизни. Эта ошибка — неверие в человека. Я знал Дружинина, мне нравилась смелость его мысли… Я хотел сделать из него ученого, исследователя, быть может кабинетного человека. Почему? Потому что я недостаточно доверял его организаторским и творческим способностям.
Тут Хургин сделал паузу, окинул взором присутствующих и заговорил дальше с нарастающим волнением:
— Я вообще считал, что такое титаническое предприятие, как постройка шахты-котла, сможет осуществить только следующее за нами поколение. Я думал, что нам оно не под силу… Дружинин со мной не согласился. Он хотел не только изучать, но и делать. Он пошел против меня… И он был прав. Он показал, на что способен талантливый русский человек, когда он вдохновлен высокими идеями и когда он видит, что осуществление его мечты принесет счастье народу. Теперь я побежден. Дружинин переубедил меня. Я всецело стою за возобновление работ. Я считаю, что взрыва или землетрясения опасаться больше нечего. За эту зиму ученые кое-что придумали, чтобы помочь делу. Теперь оно пойдет еще скорее…
Дружинин хотел что-то сказать Хургину, но не нашел слов и только благодарно наклонил голову.
— Трест тяжелых элементов тоже за продолжение работ, — сказал Казаков, держа в руке коробку с куском руды. — Шахту стоило проходить хотя бы ради вот этих камешков. Это атомная энергия. Насколько я понимаю, новый элемент россий отдаст нам свою энергию легче, чем уран.
Дружинин переглянулся с Медведевым. Небольшие черные глаза Медведева сияли от радости.
— Пласт этой породы круто падающий, почти вертикальный, — сказал Дружинин, больше не сомневаясь, что его дело выиграно. — Я надеюсь найти выход этого пласта на поверхность острова, — уверенно добавил он.
— Значит, решено, — сказал член правительства. — Мы возобновим работу, а затем приедет комиссия ученых помочь вам и решить, как быть дальше. Но скажите: как вы управитесь со столбом пара, который стоит над островом?