Валентина засмеялась.
— И пусть! — сказал Медведев. — Пусть всегда будет таким. Я его от души люблю как раз за то, что он такой.
На гидроплане загудели моторы. Подходило время отъезда. К Дружинину подошел Темген и несмело сказал:
— Товарищ Дружинин… Алексей Алексеевич… Я не хотел вас беспокоить, пока вы болели… Но мы с Петром Максимовичем решили, что все же не имеем права от вас это скрыть…
— Что ты хочешь сказать, Темген? — спросил Дружинин.
— Наш остров не тот! Совсем не тот. Пока вы болели, я ездил домой и видел дядьку Рагтая. Он передавал вам привет и все спрашивал, когда мы с вами отправимся на Остров Черного Камня. Он говорит, что наш остров — это Южный остров, а Остров Черного Камня севернее, и мы с вами до него не добрались…
— Ничего не понимаю! Ты что-то путаешь, Темген, — засмеялся Дружинин. — Как это остров не тот? Посмотри кругом и спроси кого угодно, тот или не тот…
— Да нет же, он говорит — не тот! И еще он просил передать вам ваш кисет. Петр Максимович чистил его во время вашей болезни и нашел в нем бумажку с планом вашего друга. План тоже говорит, что остров не тот. Мы несколько раз разбирали, ошибки быть не может…
— Решительно ничего не понимаю, — сказал Дружинин. — Петро, может быть, ты объяснишь, в чем здесь дело? — обратился он к Задорожному.
— Темген говорит правду. Мы с ним долго ломали голову, но ничего не поняли. Вот посмотри сам…