А Тотоно курил, как старый морской волк.
Дженарино, сидевший с ним рядом, рассказывал матросам о таких морских приключениях, точно он сам был отставным капитаном.
— На третий день, друзья мои, мы никак уж не могли справиться с сетями. Бились над ними целых два часа. Ни с места. Представьте себе отчаяние всей команды. У меня сердце сжималось от жалости… Дольше вытерпеть уж я не мог. Не сказав ни слова, я кинулся в воду, спустился на дно, оглянулся вправо, посмотрел влево и сразу разобрал в чем дело. Сеть не зацепилась о камень, а просто отяжелела. В ней было что-то громадное. Сейчас же я подал знак на судно. Трое из моих товарищей спустились ко мне на помощь… Тогда я сказал…
— Как! Это ты говорил под водой?
— Ну да. Не словами, понятно. Неужели вы этого не поняли? Удивляюсь вам. И вот, значит, я им сказал, чтобы они мне помогли. С отчаянным усилием удалось мне, наконец, приподнять сеть.
— И все это вы проделали на морском дне? Невозможно!
— Да замолчите же. Дайте мне договорить! Нам удалось втащить сеть на палубу судна и вы только подумайте, что в ней оказалось: целая бриллиантовая глыба… Но я не понимаю, отчего вы так хохочете?
На это ему никто не ответил. Несколько матросов от хохота катались по палубе.
В эту минуту к ним подошел боцман.
— Вот, погодите. Скоро мы все пустимся в пляс, — сказал он.