— Самовар... — показал рукой сарт.
Перлович забыл завернуть кран; вода бежала на табурет, с него лилась на ковры и по сакле распространился беловатый пар.
— Эй, эй! — донесся из-за садовой стены сиплый детский крик.
Перлович быстро вышел из сакли, сбежал с лестницы и направился к калитке.
Маленькая фигурка сидела на корточках, как раз у самого порога, и скалила зубы.
— Отнес? — спросил его Перлович, придержав на всякий случай за ворот.
— Отнес.
— Ну что?
— Бить хоти, да я убежал... Акча давай; ты говорил, много акча давать будешь...
Перловичу хотелось удостовериться, дошла ли его записка, действительно, по назначению.