— Эх! То есть, кажется, один бы десятерых уложил, если б пришлось схватиться...
При одной мысли о погоне и возможности схватки, Батогов чувствовал, как конвульсивно сжимались мускулы, ногти сжатых в кулаки пальцев впивались в горячие ладони, глаза горели лихорадочным жаром... Силы удваивались.
— Я только одного боюсь, — сообщал Юсуп. — Там на Заравшане неладно. Если русские погонят Назар-Кула, то он, пожалуй, на нашу дорогу отойдет... Да вот и Садык со своими оборванцами в той стороне шатается.
— Ну, теперь уж больше на Аллаха налегать нужно, — заявлял Батогов.
— Не без него, — лаконично отвечал Юсуп и что-то соображал, разыскивая у себя по швам халата белых паразитов.
— Я к тому больше речь веду, — начал опять Юсуп, — что это все бы еще полбеды...
— Это попасться-то?
— Нет, как бы мы попались? Ты, смотри, тебя обрили вот, голова твоя совсем голая, как колено. Ну, и к роже твоей надо долго приглядываться, чтобы узнать, что ты за птица; подумают — такие же шатуны, как и они... Ну, и обойдется...
— Так что ж тебе страшно, что на нашей дороге они бродят?
— Человек такой есть там.