На минуту продолговатый курган совершенно скрыл беглецов. Они круто повернули вправо.
Преследовавшие их всадники видели, где пропали оба джигита; они стали стягивать круг. Через несколько минут курган был окружен; спустились вниз. «Гей! гей!» — перекликались в темноте голоса. «Гей! гей!» — отзывались им другие... Пристально всматривался Сафар в темноту, каждый камень казался ему всадником, в вое ветра слышался ему насмешливый голос Юсупа.
— Поймали, что ли? — подъехал к нему джигит.
— Ну что?.. — подъехали с другой стороны двое.
— Надо было сразу, а то долго очень хитрили, — заметил с досадой высокий всадник, чуть рисующийся во мраке.
— Нечистое дело, — глубокомысленно произнес Сафар и махнул рукой.
Всадники съехались мало-помалу в кучу.
— Это не джигит был, — говорил Сафар торжественным голосом. — Тот, другой, был русский, это правда, я его хорошо знаю; а с ним был сам шайтан, я даже видел огонь на том месте, где они под землю ушли. Да бережет нас пророк от темной силы!..
Наездники благоговейно слушали старика и вздрагивали каждый раз, когда ветер доносил из гор заунывную ноту. Им всем грезилась теперь чертовщина.