— Может, и отдохнет...
— Фетисов, тот, фершал сказывал, уже помер.
— Вы бы меня, братцы, к самой реке положили, — мечется раненый, — то есть всю бы вылакал... Ох, батюшки, ой, смерть моя пришла… слышишь, дядя, там у меня ладанка... в жилетке рупь зашить...
— Ершов, буди смену в цепь, — мычит спросонья кто-то, приподнявшись на локте.
— Потому, как на новый престол ризу требовается.
— Это поп-то говорить?
— Ну, да.
— Ротный сказывал: выступать еще до свету будем.
— Чего спешите; поспеем...
— Ему лучше знать. Цыц, куцый! Что-то он, братцы, нынче чует что-то — словно недоброе.