Однажды в лабораторию привезли самку обезьяны. Это был тщательно отобранный Ворном экземпляр из «обезьяньего городка» на юге страны. После нескольких недель специального режима под внимательным наблюдением Ворна, животному была сделана несложная операция. И тогда Ингрид поняла, какую роль предстояло выполнить этому прирученному зверю.
Обезьяна должна родить детеныша. Несмотря на окружавшую ее исключительную заботу, она болела и, казалось, может умереть, не выполнив своей удачно начатой миссии. Она часто кашляла, хватая себя за грудь вполне человеческим жестом, и тогда Ингрид гладила ее голову и нашептывала в приплюснутое ухо ласковые слова, что так много знает каждая женщина.
Время напряженного ожидания шло медленно, но конец был уже близок. Ежедневно Ингрид спешила в лабораторию, боясь упустить важнейший момент. Однако, она всегда опаздывала, потому что не представляла как можно быть точной. Она была, словно маленькая вселенная, управляемая стихиями, катастрофами, землетрясениями — всем тем, что не поддается дисциплине и не подлежит порядку. Случайности были вехами на ее пути, а недостижимое — целью этого пути. И ей казалось, что это недостижимое, что сияло яркой звездой, она поймает легко, словно детский мячик, именно здесь, где холодный ум Ворна рассекал тайну, как ланцет кроличье сердце.
Был ноябрь — месяц, когда ночи длинные и не хочется открывать глаза, чтобы не видеть тусклого дня за окном.
А Ингрид как раз снится чудесный сон. Почувствовав, что просыпается, не досмотрев его, она поплотнее закрывает глаза, натягивает на голову одеяло и придумывает окончание сна. Конец получается веселый и, быстро вскочив, она начинает одеваться. Ингрид знает, что опоздала, но есть тысяча маленьких дел, которые непременно нужно сделать прежде чем уйти. Она выбирает два: зашивает рваный палец на перчатке и перечитывает кусочек стихотворения, которое ехидно крутится в голове и мучает забытой строкой.
Вот так, приблизительно, выглядело и это утро маленькой ассистентки Ворна — Ингрид Дан.
Но на этот раз Ингрид не опоздала.
Она вошла в лабораторию и увидела, что Ворн и его ассистент стоят у операционного стола. На нем бесформенной массой лежало большое коричневое тело обезьяны.
Животное вздрагивало от невыносимой муки, руки неистово упирались в край стола, пытаясь приподнять обессиленное тело.
Ворн спокойно смотрел на умирающее животное. Щупая пульс, брезгливо касался кончиками пальцев мохнатой руки. Судорожно сжимаясь и замирая, трепетало звериное сердце. Могучий организм боролся со смертью, выполняя великий закон продолжения рода, давая жизнь маленькому загадочному существу, которое отбирало у него остатки жизненных сил.