– Ну, чего?! Раскисла!
– Бо-о-юсь! Я не оста-а-нусь!
– Дура! Тебе тут хорошо будет! Мандам добрая, гостинцы дарить будет.
– Бо-о-юсь!…
– Нишкни! А то гляди у меня! – пригрозила мать и оторвала ее от полушубка, как улитку. – А теперь, мандам, прощай! Будущей зимой увидимся. – И она поклонилась в пояс.
Дунька после ухода ее забилась в угол и разревелась пуще.
– У-у-у, а-а-а!
Анна Петровна попробовала успокоить ее лаской. Но когда ласка не помогла, сердито топнула ногой и прикрикнула:
– Цыц! А то выброшу на улицу!
Дунька притихла.