– На, почисть! – И Анна Петровна сунула ей в руки нож и картофель.
Дунька, потихоньку всхлипывая, почистила картофель.
– Теперь возьми веник и подмети!
Дунька послушно взяла веник и подмела. Анна Петровна послала ее потом в лавочку за лампадным маслом, велела наколоть дров. Прошел день, другой. Дунька перестала плакать, помирилась с новой обстановкой и исполняла все приказания хозяйки.
Первого числа к Анне Петровне явился здоровенный мужик в ситцевой рубахе, в огненно-красной бороде, со скошенным набок картузом и веселыми зелеными глазами. Он долго тыкался в дверь, пока открыл ее, и от него несло перегаром.
– Здорово, сударыня! Наше вам!…
– Ты кто?
– Я-то? Хресный. Как, значит, Дунька у вас, а я ей заместо отца родного. Позвольте с вашей милости три рубля серебром!… Уговор такой был…
– Да ты не наваливайся! – И она брезгливо отстранилась.
– Наваливаться?! Зачем?!. Я только говорю, уговор такой был!…