— Еще надо помочить и глины добавить.
Не возражая, Ашир сделал так, как советовал товарищ, ставший уже опытным формовщиком. После окончания стахановской школы Сережа Удальцов получил пятый разряд. Ашир старался от него не отстать. Трамбовкой, гладилкой и ланцетом он орудовал не хуже, чем слесарным инструментом. Это радовало и мастера, и Сережу, а больше всех самого Ашира.
Готовую форму он показал Захару Фомичу. Мастер придирчиво осмотрел его работу и заставил увеличить литниковую воронку. Других замечаний он не сделал. Ашир ликовал. Правда, и форма была несложная, зато сделана своими руками. Вот для отливки цилиндра двигателя форма была куда сложнее, недаром ее делал сам Захар Фомич. Ашир не утерпел и, стараясь казаться равнодушным, напомнил мастеру:
— Что там с цилиндром?
Тут и старик выдал себя. Он забеспокоился, поднял мохнатые брови и указал трубкой на дверь.
— Сбегай, сынок, узнай, только быстро: одна нога здесь, другая там!
Цилиндр из механического уже доставили в сборочный и устанавливали на испытательном стенде. Ашир немедленно сообщил об этом Захару Фомичу.
— Испытывать, говоришь, собираются? — переспросил старик. Он достал из нагрудного кармана часы, едва умещавшиеся в ладони, и потряс их. Но этого ему показалось мало, он встряхнул их еще раз и недоверчиво приложил к уху. — Ишь ты, идут, сороковой годик тикают! — Он покачал головой, улыбнулся, почесывая трубкой подбородок, и вдруг спохватился. А ведь в сборочном-то у меня дела есть, пойдем-ка, сынок!
С трудом поспевал Ашир за Захаром Фомичом. Старик бежал в притруску, за всю дорогу даже трубку ни разу не взял в рот.
Округлое тело цилиндра отливало холодным, металлическим блеском. С виду чугун казался гладким — лучше не надо, без единой раковинки. Перед испытанием все отверстия цилиндра, кроме одного, запаяли, еще раз осмотрели его и соединили с гидравлическим насосом.