— Черт бы вас побрал! — негромко воскликнул он. — Покажите-ка мне хоть один botte, который я бы не знал!
— Берегись! — крикнула Мег.
Отнюдь не будучи истеричкой, она стиснула зубы, чтобы не завизжать.
Они устремились друг на друга, как два знаменитых дуэлянта на песчаных отмелях Кале, словно каждый намеревался сразу же пронзить другого насквозь, однако оба инстинктивно отскочили назад, оставаясь в пределах досягаемости оружия противника.
Лунный свет блеснул на клинке шпаги Дюрока, когда он сделал прямой выпад, стремясь выколоть Фентону левый глаз. Парировав удар со звоном, отозвавшимся, наверное, даже в башне Уэйкфилда, Фентон услышал, как туфля Дюрока заскрипела на камнях. Он сделал ответный выпад, целясь в сердце врага. Ответом послужил хриплый смех Дюрока, когда оба вновь заняли оборонительную позицию.
У мнимого француза были слишком длинные руки и ноги. Острие шпаги Фентона не доставало четырех дюймов до груди противника.
— Видите, маленький дворянчик? — усмехнулся Дюрок. — Вы не в состоянии даже прикоснуться ко мне!
— Вот как?
Рукоятка шпаги Дюрока со стальной чашечкой имела на каждой стороне дужку, образующую выпуклый полукруг. Фентон заметил это при лунном свете, когда Дюрок вытянулся вперед, словно белая змея, направив острие в низ живота противника. Парируя удар снизу, Фентон отбросил клинок в сторону и сделал встречный выпад, метя в икру вытянутой правой ноги Дюрока.
Клинок Фентона порвал белый чулок и поранил ногу врага, на которой выступила казавшаяся черной кровь. «Капитан Дюрок», выкрикнув венгерское ругательство, ринулся в атаку. Четыре раза он делал выпады, не получая ответных и оставшихся безуспешными. Фентон смеялся, в то время как Дюрок приходил в бешенство.