Когда девушка сделала паузу, Родни Хантер задал вопрос:
– Они знали, чей это почерк?
– Джереми Уилкса, – просто ответила собеседница. – Хотя полиция так ничего и не доказала. Только слегка подозревала его. И обстоятельства не подтверждали это. Действительно, нож, запачканный кровью, как ни странно, был найден у мистера Уилкса. Но полицию это ни к чему не привело. И все из-за того, понимаете ли, что ни мистер Уилкс, ни кто-нибудь еще в мире не мог совершить это убийство.
– Не понимаю, – довольно резко произнес Хантер.
– Простите, если я была так глупа, что вы не все поняли в моем рассказе, – произнесла хозяйка извиняющимся тоном. Она, казалось, прислушивалась к гудению камина под холодным потолком. И слушала его с внимательным и безмятежным видом. – Но даже деревенские сплетницы могли бы вам разъяснить. Когда миссис Рэнделл пришла сюда, в дом, тем утром, передняя и задняя двери были закрыты и надежно заперты изнутри на засовы. Все окна закрыты ставнями. Если вы посмотрите на крепление во всем этом доме, то поймете, что имеется в виду.
Но, честно говоря, было еще последнее, самое важное обстоятельство! Я говорю о снеге. Снегопад прекратился в девять вечера, за несколько часов до убийства миссис Уэйкросс. Когда полиция пришла, имелись лишь два ряда следов от ног в нетронутом полуакре снега вокруг дома. Одни принадлежали мистеру Уилксу, который той ночью подходил к дому и смотрел через окно. Другие – миссис Рэндел. Полиция смогла исследовать и объяснить оба ряда следов. Но больше никаких других следов не имелось. И никто не прятался в доме. Конечно, было бессмысленно подозревать мистера Уилкса. И не только потому, что он рассказал совершенно откровенную историю о человеке в высокой шляпе. Но оба, доктор Саттон и мистер Поули, которые возвращались с ним из «Пяти ясеней», могли поклясться, что он не мог совершить преступление. Вы понимаете, он подходил только к окну этой комнаты. Свидетели могли проследить каждый шаг, сделанный им в лунном свете. И они подтвердили это. Впоследствии он приехал домой с доктором Саттоном и лег спать. Или, я бы сказала, продолжили свою ужасную пьянку до рассвета. Это правда, что у него обнаружили нож со следами крови на нем. Но он объяснил, что использовал его при потрошении кролика. И то же самое с бедной миссис Рэндел, которая всю ночь была занята своими обязанностями акушерки. Хотя, конечно, было бы еще более абсурдно подозревать служанку. Но больше не было никаких следов, идущих к дому или от него на всем снежном покрове. И все входы-выходы дома были плотно заперты изнутри.
Теперь уже вмешалась Мюриел. И хотя она старалась говорить четко, голос ее дрожал.
– Все, что вы рассказываете нам, это правда? – спросила она.
– Я вас еще немного помучаю, дорогая, – призналась рассказчица. – Но это истинная правда. Все так и случилось. Возможно, я докажу вам через минутку.
– Полагаю, это сделал муж? – настаивала Мюриел поскучневшим тоном.