9.50–10.10 – Миллз наблюдает за дверью из своей рабочей комнаты в противоположном конце зала. Дюмон следит за той же самой дверью с лестницы.
10.10 – раздается выстрел.
10.10–10.12 – мадам Дюмон теряет сознание или ей становится плохо, затем она идет в свою комнату. Дреймен спит в своей комнате и не слышит выстрела.
10.10–10.12 – Менген обнаруживает, что дверь в гостиную заперта, пытается ее выбить, это ему не удается и он выпрыгивает из окна как раз тогда, когда…
10.12 – прибываем мы. Входная дверь не заперта. Мы поднимаемся наверх.
10.15 – с помощью плоскогубцев дверь в кабинет Гримо открыта. Гримо лежит тяжело раненный.
10.15–10.20 – короткий осмотр, кого-то послали вызвать санитарную машину.
10.20 – прибывает санитарная машина. Гримо забирают. Розетта едет с ним. Бойд, выполняя распоряжение Хедли, идет вниз, чтобы позвонить в полицию…»
– И это совершенно оправдывает Розетту и Бойда, – довольным голосом сказал Ремпол, – Даже не обязательно расписывать минуты, когда врач осматривает раненого, а санитары забирают его в машину. На все это ушло бы не меньше пяти минут, если бы они даже съезжали с носилками на перилах. Господи! Если все записать, становится видно: для того чтобы доехать до больницы, надо было значительно больше времени. А Флея застрелили на Калиостро-стрит как раз в 10.25. Дальше. Розетта поехала в больницу, Бойд остался в доме. Когда прибыли санитары и врач, он поднялся с ними наверх, а после них ушел вниз. Так что у него неопровержимое алиби.
– Ты не думай, что я так сильно желаю их обвинить, особенно Бойда, – нахмурилась Дороти. – Он достаточно приятный человек, хотя я видела его мало. Что дает тебе основания считать, будто санитарная машина прибыла к дому не раньше десяти двадцати?