Пленные угрюмо прислушивались и бросали недобрые взгляды на своего старшего. Но тупая привычка повиновения еще действовала. Они молчали.
На машине их отвезли в Москву. Через несколько часов их доставили в НКВД. Всю дорогу они молчали. Только тут, когда их вводили в здание, самый младший вдруг остановился и спросил у конвоира: «ГЕПЕУ? Чека?»
— Чека, Чека, — отвечал красноармеец.
И едва четверых ввели в комнату, где их должны были допросить, самый младший выскочил вперед и, тыча пальцем в сторону старшего, закричал, весь трясясь от возбуждения:
— Этот СС! Его первый брать! Сволочь! СС!..
Напрасно шипел что-то толстый, бросая свирепые взгляды на младшего.
Двое других облегченно закивали головами.
Ах, как непохожи были все четверо на роскошный квартет, изображенный на карточках, которые были рассованы у них по карманам!
Все кончилось. Квартет спел свою песенку.