Мурсал. Очень трудно поверить, я вас понимаю, но скоро вы убедитесь, что всё будет именно так, как я говорю.
Чернышёв. Будет, будет. Мы по-хозяйски.
Асриев. И наша техника это позволяет и кадры у нас есть... Сохраним виноградники.
Дуньямалы. Если это всё правда, то это... очень хорошо.
Гюльтекин (вскакивая на ноги). Вот здесь где-то, в глубине сердца, что-то подсказывало мне: всё будет хорошо, не может быть, чтобы Мурсал...
Дуньямалы. Девушкам всегда кажется, что всё самое лучшее рождается только в их сердце.
Мурсал. А когда забьёт новый мощный фонтан и из новой скважины, где-нибудь в двух километрах от вас, хлынет поток нефти, мы её так и назовём «Виноградной». Хотите?
Дуньямалы. Я сегодня постарел на десять лет и вновь помолодел на тридцать!
Мурсал. Да... денёк сегодня... (Вытирает платком лицо.) Труднее его у меня ещё не было за всю мою жизнь... (Взглянув на Дуньямалы-Киши.) А если учесть, что мне предстоит сегодня ещё один разговор...
Гюльтекин бросается в сторону и прячется за куст. Дуньямалы-Киши молча и внимательно смотрит на Мурсала, потом так же молча подходит к узелку, в котором была еда, и вынимает из него деревянную солонку.