Лиз. Возьми мой автомобиль. Он внизу.
Джоанна (подходит к Гарри). Похоже, в этот вечер все говорят правду, только правду и ничего, кроме правды, так что перед уходом я позволю себе внести маленькую лепту в этот спектакль. Я считаю, что вы, мистер Гарри Эссендайн, не только подавляющий всех и вся, самовлюбленный эгоист, но и самый отъявленный негодяй, с которым меня, увы, свела судьба, и я очень надеюсь, что больше не увижу вас до конца своих дней.
Она отвешивает Гарри звонкую пощечину и уходит.
Гарри (не заметив пощечины — Генри). Ты подписал договор на аренду этого театра, хотя я сказал тебе, что никакая сила не заставит меня играть в нем?
Моррис. Послушай, Гарри…
Гарри. Не желаю я ничего слушать. Это не укладывающееся ни в какие рамки предательство, и я очень, очень зол…
Генри. Я же на днях тебе объяснил, они полностью реконструирую театр, увеличивают оркестровую яму. Им так хочется заполучить тебя, что согласились поставить душевую кабинку в твоей гримерной..
Гарри. С тем же успехом они могли соорудить в моей гримерной бассейн и корт для сквоша, а потом добавить к ним концертный рояль. Я не буду играть легкую французскую комедию в зале, который являет собой готическую версию стадиона «Уэмбли».
Лиз. После реконструкции зал будет выглядеть совсем иначе. Честное слово, дорогой. Я видела эскизы, должно получиться очень даже красиво.
Гарри. И ты против меня, так? Весь мир против меня.