Фелисити. Ой-ой-ой.
Питер. Она просто сама не своя.
Фелисити. Печально, действительно, печально. Она может заразить этим и остальных. Как, по-твоему, почему она принимает случившееся так близко к сердцу?
Питер. Вы с ней много об этом говорили?
Фелисити. Нет. Стоит мне коснуться предстоящей женитьбы Найджела, она переводит разговор на другое. Я думаю, Мокси очень рассержена.
Питер. На Найджела?
Фелисити. Да. Она его обожает. Всегда обожала, с того самого дня, как пришла сюда. Ты знаешь, ему было только пятнадцать, и они вместе ездили на дневные спектакли, а потом пили чай в «Гантерсе». Мне представляется, она считает, что он уронил фамильную честь.
Питер. Может, она права.
Фелисити. Еще есть надежда, что она ошибается.
Питер. Если и есть, то очень призрачная.