Фелисити. Но почему? В конце концов, это не первый случай, когда английский аристократ женится на актрисе. В прежние времена такое случалось сплошь и рядом. Разумеется, я понимаю, что это всегда сопровождалось семейным скандалом, но, в конце концов, все так или иначе образовывалось. Посмотри на Глорию Бейнбридж, заживо похороненную в Линкольншире и прекрасную хозяйку дома. Или на Лили Грантуорт с ее чудесными мускулистыми сыновьями. Я думаю, аристократия, то, что от нее осталось, в большом долгу перед театром.
Питер. Голливуд — это вам не театр. Там куда больше мишуры.
Фелисити. Не думаю, что это имеет значение. Мы живем в век гласности и открытости, и почему бы нам им не наслаждаться?
Питер. Вы прекрасно знаете, что ненавидите этот век. Терпеть не можете, когда вас слепят фотовспышками, если приходите на бал дебютанток, или ловят в кадр в Дорчестере с набитым спаржей ртом.
Фелисити. Это случилось на благотворительном обеде. А ты сам? Тебя же постоянно фотографируют, когда ты кого-то провожаешь на вокзалах или аэропортах, и тебе это нравится.
Питер. Это часть моей работы, и мне это совсем не нравится, меня от этого тошнит. Но нельзя обеспечить прибыльность туристического агентства без рекламы.
Фелисити. Один из самых отвратительных аспектов современной английской жизни состоит в том, что очень уж многим твоим друзьям приходится работать, а вот этого-то они как раз и не умеют.
Питер. «Железнодорожные, морские и воздушные перевозки Инглтона» славятся своей эффективностью.
Фелисити. Лишь благодаря этой похожей на мышку девушке в очках. Если бы не она, ты бы никого не смог отправить дальше Фолкстоуна.
Питер. Не понимаю, почему вы должны набрасываться на меня только потому, что ваш сын женится на кинозвезде, а ваша служанка жутко из-за этого расстроена.