Мокси. Я не просила тебя рыться в моих вещах.
Крестуэлл (терпеливо). Твоя корзинка с вязанием, Дора, стояла на столике у кровати. Рядом с корзинкой лежали три журнала, «Экранная жизнь», «Их фотографии» и «Любовные истории звезд». Обложку последнего украшала цветное фото будущей графини Маршвудской в отдельном купальнике, которую нежно обнимал какой-то господин в плавках.
Мокси. Должно быть, Алиса оставила их, когда прибиралась в комнате.
Крестуэлл. Я принимаю твое малоубедительное объяснение.
Мокси. Полагаю, это естественное желание, увидеть, как выглядит будущая хозяйка этого дома.
Крестуэлл. Мои невольные шпионские подвиги я совершил на прошлой неделе, Дора, когда мы и представить себе не могли, что его светлость вновь задумал жениться.
Мокси. Ты меня удивляешь, действительно удивляешь. Ты прожил в семье дольше, чем я, и, похоже, тебе совершенно не трогает весь этот кошмар. Ты только шутишь и шутить.
Крестуэлл. Твоя беда в том, что ты слишком консервативна.
Мокси. А за кого ты голосовал на прошлых выборах?
Крестуэлл. Чтобы голосовать за консерваторов, не обязательно быть консервативным. Ты всего лишь выбираешь меньшее из двух зол.