Прыжок на скамье
Идут классные занятия.
Утомленный учебным ночным полетом, я сижу с товарищами за огромным столом и сквозь полусомкнутые веки едва различаю сутулую фигуру инструктора Мухина.
— Для чего, собственно, нужна затяжка при прыжке, — уныло говорит он, рисуя на доске самолет и условную точку сбрасывания. — Допустим, здесь… Да смотрите же, чорт возьми, Кайтанов, — вдруг кричит он, увидев меня спящим. — Для чего нужна затяжка?
С трудом раздирая веки, я с минуту упорно гляжу на доску, преодолевая сковывающий меня сон. Но скоро веки снова слипаются. Мне почему-то кажется, что сам Мухин непрочь поспать, потому что говорит он все более вяло, и скоро я вовсе перестаю слышать его голос.
Передо мной проходит картина знакомого аэродрома, над которым кружатся два самолета, готовые сбросить парашютистов.
Стою у самолета. Струя воздуха от винта ласково треплет мои волосы. Надеваю шлем, щупаю прочность лямок парашюта, неохотно залезаю в кабину. Самолет дрожит от могучих оборотов винта.
— Надеюсь, понятно, Кайтанов, почему при прыжке из учебной машины обязательно делать задержку? — сквозь напев винта слышу я голос Мухина.
И, не дождавшись ответа, Мухин, по обыкновению, отвечает сам:
— Преждевременно раскрывшийся парашют может зацепиться за хвостовое оперение.