Парные прыжки
Изучая затяжные прыжки, мы с товарищем Евдокимовым одно время увлекались парными прыжками. Поднявшись в воздух на одной машине, мы одновременно с двух бортов отрывались от самолета. Хотя никакой договоренности о соревновании у нас не было, однако, прыгая вместе, каждый из нас стремился как можно дольше лететь, не раскрывая парашюта.
Прыгали мы обычно вечером, когда на аэродроме стихал шум моторов и прекращалась дневная суета.
Летчики, техники, парашютисты, представители всех аэродромных профессий собирались на старте и терпеливо ожидали, когда в воздухе от бортов самолета одновременно оторвутся два человека и полетят вниз. Среди наших друзей, товарищей по работе, всегда находились «болельщики». Они всякий раз гадали, кто сегодня выйдет победителем: я или Евдокимов.
Очень часто к оживленной группе «болельщиков» подходил командир эскадрильи. Энергично потирая ладони рук, он весело приговаривал:
— Кто же из них сегодня победит?
Многих привлекали не только наши прыжки, но и самолет, на котором мы обычно поднимались в воздух.
Самолет этот, типа «Фарман-Голиаф», был своего рода уникумом. Единственный уцелевший представитель когда-то мощных самолетов, он неизвестно какими путями попал в нашу часть. Никто не мог понять, каким образом он сохранился настолько, что даже мог подниматься в воздух.
Летал на нем только один летчик — Коля Оленев; больше никто не знал тайн и секретов управления этой машиной.
Товарищ Оленев прекрасно знал своего старого, изношенного и потрепанного «дедушку». Он на нем не просто летал, а еще ухитрялся делать крутые виражи, боевые развороты и глубокие спирали. Он дошел до того, что однажды подал командиру части рапорт с просьбой разрешить ему на «Фарман-Голиафе» сделать мертвую петлю.