Галя и Ваня молча стояли, наблюдая за ним.
Весь мокрый, перепачканный, он наконец выбрался из-под кузова и поднялся на ноги.
— Так что, Галина Николаевна, — сказал он, — плохое дело… Карданный вал полетел… Теперь все.
Галя отвернулась, чтобы спутники не видели ее лица.
Положение казалось ей отчаянным. Что скажет она подчиненным, которые ждут ее решения? Во всем виновата она. Надо было возвращаться, как только рация выбыла из строя. Но это значило бы на год отложить завершение поисковых работ. Имела ли она право рисковать? Но разве это был уж такой большой риск? Разве на фронте они посчитали бы такую поездку за риск? На фронте они и пешком…
Галя быстро повернулась к Доброву.
— Как вы думаете, Кузьма Андреевич, — спросила она спокойным голосом, — сколько километров осталось до базы?
Добров не смел смотреть в глаза начальнику.
— Больше двухсот, Галина Николаевна, — сказал он, понуря голову.
— Ваня, готовьте продукты в дорогу. Пойдем пешком, — решительно заявила Галя.