Замухрышка прибодрился, приосанился, шапку заплатанную поправил, руки в боки уставил, откашлялся, понатужился, да как крикнет, что было силы:
- А-а-а! Ого-го-го!.
Изо всей силы крикнул, а ни один листок не дрогнул, даже ворона, что близко сидела, и та не слетела.
- Плох голос у тебя, братец,- говорит заяц: - этак ты все дело испортишь.
- Как же мне быть?- ноет Замухрышка. А сам чуть не плачет.
- Не унывай, братец, - говорит заяц:- голос у тебя .явится, когда явится сила богатырская. Вот я слыхал, кто в лесу весь сухой коряжник поломает, сухие кусты с корнями повыдергает, у того и явится и сила и голос богатырский.
И замолчал заяц. Больше ни слова не сказал.
Спрашивает его еще Замухрышка, а он только своими заячьими глазами на него так жалостно смотрит. Видно, час прошел, когда он говорить мог, и опять он бессловесным зверком стал.
Прислонился Замухрышка ухом к березе,- и она молчит, только ветками печально клонится. Видно и ее час прошел.