— Однако на Юг нам нельзя итти, потому что там пришлось бы воевать против своих; там родня моего отца, а со своих не так-то легко брать налоги.
Человек с заячьей губой всегда говорил мало, и только после того, как выскажутся другие, и теперь он сказал, дождавшись своей очереди:
— Есть одна область — когда-то это была моя родина, а теперь она стала мне чужой; она лежит к юго-востоку отсюда, между морем и здешней областью; это очень богатая страна и одним краем примыкает к морю. Там целая область лежит на берегу реки, которая течет в море, и это хорошая страна, — там много полей, есть невысокий горный хребет и река, полная рыбы. Там только один большой город, главный в этой области, зато много деревень и торговых городов, и народ там запаслив и живет богато.
Ван Тигр выслушал его, а потом сказал:
— Да, но в такой богатой области должен быть свой военачальник. Кто он такой?
Тогда верный человек назвал имя военачальника, который прежде был бандитом и только в прошлом году присоединился к войскам Юга. Услышав это имя, Ван Тигр сразу решил, что выступит против этого бандита; он и по сей день не забыл еще, как ненавидел южан, как невкусен был их мягкий, разваренный рис и приправленные перцем кушанья: человеку с крепкими зубами нечего было жевать, — и, вспомнив ненавистные годы своей юности, он воскликнул:
— Как раз такое место и такой человек, какие нам нужны! Этот поход расширит мои владения, а кроме того, зачтется во время войны!
Так быстро было решено это дело, и Ван Тигр крикнул прислужнику, чтобы он принес вина, и, когда все выпили, отдал приказ, чтобы солдаты готовились к походу и выступили, как только возвратятся первые лазутчики и донесут, какая война готовится в этом году. Потом верные люди поднялись с места и, поклонившись, отправились выполнять его приказ. Ястреб задержался, когда другие ушли, и, наклонившись, зашептал на ухо Вану Тигру, и голос его звучал хрипло, и горячее дыхание обдавало щеку Вана Тигра:
— После битвы нужно дать солдатам несколько дней на грабеж, как водится, потому что они ропщут и жалуются, что ты держишь их в узде и не позволяешь им того, что позволяют другие военачальники. Они не станут сражаться, если им нельзя будет грабить.
Ван Тигр прикусил жесткие, черные усы, которые он отрастил над верхней губой, и сказал очень неохотно, так как знал, что Ястреб драв: