– Дело с концом!
Он промок до нитки, был утомлен и печален, но все же усталость была сильнее печали, и его радовало сознание, что он успешно закончил важное дело.
Смутные звуки донеслись со стороны риги, он поглядел в ту сторону. Из дверей выходили поодиночке и по двое человеческие фигуры и брели, пошатываясь, со смущенным видом; только самый передний, на котором была красная куртка, шагал, засунув руки в карманы и посвистывая. Все остальные уныло плелись за ним, и чувствовалось, что их терзает совесть; процессия эта смахивала на вереницу теней с рисунка Флаксмена[29]Флаксмен Джон (1775–1826) – английский скульптор и художник. Наиболее известен циклами рисунков на темы «Илиады» и «Одиссеи». В романе упоминается рисунок Флаксмена, изображающий шествие женихов Пенелопы, убитых вернувшимся Одиссеем, в царство мертвых. Меркурий – у римлян бог торговли, вестник богов, соответствовал греческому Гермесу. Гермес-Меркурий сопровождает тени умерших к вратам царства мертвых., направляющихся в преисподнюю под предводительством Меркурия. Угловатые фигуры потянулись к селению, а их вождь, Трой, вошел в двери особняка. Никто из них не оглянулся в сторону гумна: как видно, в эту минуту им не было дела до стогов.
Вскоре Оук тоже пошел домой, только другим путем. Впереди на фоне тускло блестевшей от воды дороги он увидел человека под зонтом, который шагал еще медленнее его. Человек обернулся и заметно вздрогнул: то был Болдвуд.
– Как вы себя чувствуете нынче, сэр? – спросил Оук.
– Да, денек серый… О, я чувствую себя хорошо, очень хорошо, благодарю вас, превосходно.
– Я рад это слышать, сэр.
Казалось, Болдвуд медленно пробуждался от сна.
– У вас усталый и больной вид, Оук, – сказал он, бегло взглянув на своего спутника.
– Я устал. А вы как-то чудно изменились, сэр.