– Не тебя, а твои пороки! Да, я ненавижу их!
– Лучше бы ты постаралась исправить меня. Давай подведем баланс, двадцать фунтов на стол, и будем друзьями!
Она вздохнула, как бы покоряясь судьбе.
– Примерно такая сумма отложена у меня на хозяйственные расходы. Если она тебе так нужна, бери ее.
– Прекрасно. Спасибо. Наверное, завтра я уеду раньше, чем ты выйдешь к завтраку.
– Тебе так уж надо уезжать? Ах, Фрэнк, было время, когда никаким друзьям не удалось бы оторвать тебя от меня! Тогда ты называл меня своей ненаглядной. А теперь тебе и дела нет, как я провожу время.
– Я должен ехать, невзирая ни на какие чувства, – с этими словами Трой взглянул на свои часы и, повинуясь какому-то безотчетному импульсу, открыл нижнюю крышку, под которой обнаружилась уютно свернувшаяся маленькая прядь волос.
В этот миг Батшеба подняла глаза, уловила его движение и заметила прядь. От боли и изумления кровь бросилась ей в лицо, и она не успела подумать, как у нее вырвалось восклицание:
– Женский локон! О, Фрэнк! Чьи же это волосы? Он отвечал небрежно, словно желая скрыть чувство, вспыхнувшее при виде локона.
– Ну конечно, твои. Чьи же еще? Я совсем позабыл про них.